Главная / Новости / Можно подумать, что об импрессионизме и его основателях нам известно всё

Можно подумать, что об импрессионизме и его основателях нам известно всё

Можно подумать, что об импрессионизме и его основателях нам известно всё. Но когда речь заходит об образе жизни художников, их поведении в различных обстоятельствах, а также о том, какими они были с точки зрения интеллекта и нравственности, выясняется, что наши знания на удивление отрывочны. Существуют сотни исследований, посвященных истории импрессионизма, еще больше монографий об отдельных художниках, но очень редко встречаются работы, описывающие среду и жизнь импрессионистов в будничных ее проявлениях. Чтобы получить целостную картину, приходится прибегнуть к сопоставлениям. В итоге мы с удивлением обнаруживаем некие доселе скрытые факторы, отчего художники предстают перед нами в совершенно неожиданном свете; с этого момента мы можем с большим пониманием судить о некоторых аспектах этого течения.

 

 

Течения на удивление недолговечного — срок его жизни ограничен всего лишь двумя десятками лет, охватившими период от открытия «Салона отверженных» в 1863-м до смерти Мане в 1883 году. И если отзвуки импрессионизма и после этой даты распространялись подобно кругам по воде, то революция в искусстве, порожденная творчеством Мане, Моне, Ренуара, Писсарро, Дега, Сезанна, Сислея и Берты Моризо, угасла задолго до того, как большинство из них ушли из жизни.

Достаточно и одного примера, чтобы проиллюстрировать это утверждение: Клод Моне умер в 1926-м, успев увидеть появление течений, совершенно противоположных его концепции атмосферного реализма и даже выставляющих ее на посмешище. Таковыми были, к примеру, набиды, фовисты, кубисты, абстракционисты, экспрессионисты, дадаисты, сюрреалисты…

Эта книга — не исследование по истории импрессионизма или собрание биографий художников, она написана с целью воссоздать среду, в которой жили и творили те, кто, начиная с «Салона отверженных», противопоставил себя приходившему в упадок, но пользовавшемуся покровительством официальных кругов академизму.

Прежде всего следует отметить, что творчество многих художников-импрессионистов в немалой степени определялось их социальным происхождением; среди них были богачи и бедняки, чем и были обусловлены существенные различия не только в эстетических воззрениях (так, аристократ Дега, в отличие от других импрессионистов, яростно выступал против живописи на пленэре), но даже в технических приемах. В то время как Дега и Мане, будучи людьми состоятельными, могли платить профессиональным натурщицам, Моне и Ренуар просили позировать кого-то из своих друзей и даже соглашались писать портреты богатых любителей живописи, чего, вероятнее всего, не стали бы делать, если бы их не вынуждала к тому крайняя нищета.

Разница в материальном положении сказывалась не только на образе жизни живописцев, их художественных и литературных пристрастиях, но и на политических взглядах. Тем не менее иногда они были единодушны в своих оценках и поведении. Так, все импрессионисты, кроме Писсарро, проникшегося социалистическими идеалами, признавали буржуазную мораль того времени, то есть эпохи Второй империи и начала Третьей республики. Когда дело касалось любовных приключений, появления на свет незаконнорожденных детей, денег, признания заслуг или получения наград, их поступки чаще всего были продиктованы буржуазными предрассудками. И это зачастую приводило к вполне водевильным ситуациям.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *